— Слушаю тебя, Петя. — Он раскрыл папочку:

— Вот… Посмотри, пожалуйста. Возможно это опубликовать?

Капитан Петр Куликов был офицером контрразведки, ответственным, в частности, за так называемое фиксирование контекста. Схема известная: надо, например, показать Западу, что россияне в массе своей негативно воспринимают попытку стребовать со страны долги Парижскому и Лондонскому клубам в полном объеме. Чекисты получают задание, в котором определены основные параметры народной точки зрения, заказывают экспертам (чаще всего нештатным) базовый текст, который предлагают для публикации доверенным журналистам. Статьи немедленно попадают в обзоры региональной прессы, выполняемые целой кучей агентств, в том числе и зарубежных. И после этого никто не смеет спорить с тем, что проблема суверенного долга страшно беспокоит общественное мнение в большинстве субъектов РФ. Причем это мнение едино — так что упорствующим в своих заблуждениях кредиторам предстоит преодолевать не капризы отдельных переговорщиков в ранге вице-премьера, которых можно и сковырнуть, а консолидированную позицию полутора сотен миллионов россиян, которых сковыривать значительно труднее — да и некуда.

И ведь не вранье: статьи действительно появляются, а поскольку написаны они, как правило, довольно качественно, то и воздействие на читателей оказывают несомненное. И не так уж важно, что первично, курица или яйцо: сформулировавшая позицию общественности статья или формирование этой позиции демилитаризованными экспертами.

Не знаю, как остальные газеты, но мы шли навстречу гэбэшникам исключительно по собственной сердечной доброте. То, что с чекистами лучше не ссориться, принималось во внимание менее всего — с журналистами тоже если кому и ссориться, то только не чекистам. Главным фактором была классическая верещагинская обида за державу и желание эту обиду перебороть наиболее конструктивно. Наконец, ни одна хоть чего-то стоящая газета не откажется от темы, предложенной хоть ментами, хоть бандитами, хоть чертом с рогами, если тема интересна читателям.