— Боевые роботы? — Сатин подняла изящную бровь. — Они ведь используются только военными, откуда…

— О, сударыня! — торжествуя, перебил ее собеседник. — Как примитивен все-таки женский мозг! Вы до сих пор не уловили из нашей беседы простейшую вещь: я — богатейший из жителей Альбигои, и мне плевать на закон! Небольшая сумма наличными решила вопрос с военными. Причем ВАШ ВОПРОС, мадам, — решен также. Пушку на пол. Бросай, я сказал!

На мгновение, Сатин застыла неподвижной статуей. Четырнадцать металлических убийц стояли вокруг нее. Но на самом деле — хватило бы и одного. Каждый из роботов превосходил ее в силе, скорости и реакции настолько же, насколько она превосходила обычных людей. Значит, любое сопротивление бесполезно.

Тонкая ладошка разжалась и выпустила оружие. Скользнув по ее бедру, Гавемент Модел стукнулся о мрамор балкона, подпрыгнул и упокоился на одной из плит примерно в центре образованного военными роботами круга.

— Вы знали, что я приду?

— Не знал даты, но о самой возможности — догадался. Ваш Департамент следит за мной с той поры, как я баллотировался на выборы. Дурак, думал можно что-то изменить в вашей скотской системе.

— Чтобы подобные вам подонки наплодили больше ублюдков? Людей с дефектами, обреченных на муки, вместо гарантированного здоровья клонов?

— Это были бы ДЕТИ, тварь! Нормальные человеческие дети! А не гротескные создания-функции, не знающие родительской любви, и похожие на тебя!

Обвиняемый злобно выругался, достал свободной рукой новую сигарету, вставил в рот, достал зажигалку, щелкнул колесиком и тут же с видимым облегчением затянулся. Вздохнул несколько раз, успокоился.

— А теперь подумай, — сказал он совершенно будничным голосом. — До города почти три тысячи километров, а это сорок минут хорошего лета даже на спортивном каре, не говоря о ваших полицейских машинах… Ты ведь пришла ОДНА верно? О, эти всезнайки из Департамента Геноцида! Самоуверенные кретины, ненавижу! На заднем дворе моего дворца примерно в метрах двухстах отсюда стоит яхта.