— Я тоже! — радостно взвизгнула девочка. — Можно тогда я с вами пойду?

— Иди, я совершенно не против, — улыбнувшись, ответил Гарри.

И не успел Поттер закончить говорить, как девочка уже устремилась вперёд.

Некоторое время они шли бок о бок, пока Гарри не заметил, что его спутница уже начинает уставать из-за того, что ей приходилось буквально бежать за ним. Остановившись, Поттер бережно подхватил девочку и усадил её себе на шею.

— А как вас зовут? — произнесла она сверху.

— Гарри.

— Просто Гарри? — удивленно спросила девочка.

— Да, просто Гарри.

— А меня Элизабет Гарнер, — весело прощебетала спутница. — Правда, папа всё время говорит, что меня надо было назвать каким-нибудь Майклом, потому что я всегда одеваюсь, как парень, и всё время бью других мальчишек. Но они первые начинают обзываться!

Тут Гарри не выдержал и искренне засмеялся — в том мире даже дети всё время говорили о войне, даже они не могли играть и радоваться жизни.

— Так ты живёшь в Хогсмиде? — отсмеявшись, спросил Гарри.

— Да! Мы с родителями недавно переехали сюда из Лондона, тем более в этом году я должна пойти в Хогвартс, мне уже даже письмо пришло, — похвасталась девочка.

— Так тебе уже одиннадцать? — слегка удивленно спросил Поттер.

— Да, но я знаю что выгляжу намного меньше своего возраста, — надувшись, отозвалась Элизабет. — Папа сказал, что я вся пошла в маму: она была такой же маленькой когда поступала в Хогвартс.

— Я тоже был маленький, когда поступал. Я был худой как щепка и имел слегка болезненный вид, чему в немалой степени способствовали очки.

— Вы были маленький и больной? — недоверчиво произнесла Гарнер. — Но вы же сейчас во-о-он какой огромный, и очков у вас нет, а больным вас назвать совершенно нельзя.

Весело фыркнув, Гарри ответил:

— Так то было раньше, от очков я ещё лет в восемнад…семнадцать избавился, чтобы не завесить от такого ненадежного предмета, и не такой уж я и огромный.