Правда, проку от него не так уж и много, но вреда, честно говоря, тоже мало. Да и тем более, важно заметить, Брендону везет как никому из полицейских. Он вечно натыкается на какие-то вещи, которые подсказывают ответы на очень важные вопросы. Как с теми наркотиками: если бы не Брендон, если бы он не наступил на доску, если бы она не расквасила ему нос, то мы так бы и не вышли на Лео Джонсона, и у нас не было бы на него никаких материалов. Слава богу, что все закончилось благополучно. Ну конечно, пришлось извиниться перед ним, но я думаю, он сам полицейский и все прекрасно понимает».

А в полицейском участке Твин Пикса все шло своим чередом, как обычно, как каждое утро.

Шериф Гарри Трумен жевал бутерброды, принесенные Люси. Полицейские расхаживали по коридору, звонили телефоны, все обменивались новостями.

Шериф стоял у самого входа с чашкой горячего кофе в руке и с неизменным бутербродом в зубах. Распахнулась входная дверь. Решительно и уверенно вбежал в полицейский участок помощник Хогг.

Хогг сразу же бросился к шерифу. — Тише, тише, Хогг, не спеши, — отставляя чашку в сторону, проговорил Гарри, — не спеши, а то ты можешь толкнуть меня, и я обольюсь горячим кофе. — Слушай, Гарри, — Хогг явно волновался.

Он остановился перед шерифом и замахал рукой. — Хогг, не горячись, сначала объясни, где ты пропадал, — спокойным голосом начал шериф. — Я… — сказал Хогг, — меня очень сильно задержали. Знаешь, Гарри, рядом с домиком Палмеров, на Жемчужных озерах, живут две старенькие учительницы. И, понимаешь, мне к ним пришлось зайти, и они меня принялись угощать ромашковым чаем. — Да? Это, наверное, очень вкусно? — Слушай, Гарри, от этого напитка мне…— Ну, хорошо, хорошо, давай по делу. — Так вот, эти учительницы никогда не видели никакого седого человека. — Да что ты говоришь, Хогг? — Да, да, ну извини меня, Гарри, — Хогг прижал руки к животу, — я отлучусь на одну минуту. Я выпил три чашки ромашкового чая. — Послушай, ты же говорил только — что две. Значит, ты выпил больше? — Нет, я выпил три, извини.