Фиш грустно покачал головой:

- Все гораздо сложнее. Я не могу рисовать нигде - только в одной из комнат моего дома. Это связано с портретом жены и некоторыми сувенирами. - Он с трудом сглотнул, но в третий раз слезу пустить не решился. - Мне очень жаль, я нарисовал бы для вас все, что угодно, если б мог, но...

Мэри некоторое время молча сидела, размышляя.

- Тогда, скажем, вот как. Вы, мистер Уилмингтон, отправляетесь домой и что-нибудь рисуете - к примеру, набросок моего лица, по памяти. Полагаю, любой квалифицированный художник может это проделать?

Фиш заколебался, не рискуя возражать.

- Ну вот, видите, и все будет улажено. Ведь вы не можете раздобыть мою фотографию и отослать ее в Висконсин просто не хватит времени. Я дам вам... ну, скажем, полчаса.

- Пол...

- Вполне достаточно, разве не так? И значит, когда через полчаса я приду за вами, если у вас будет нужный набросок - что ж, тогда станет ясно, что вы говорите правду. Если же нет...

Прижатый к стене, Фиш не пал духом. Он встал с доверительной улыбкой.

- Пожалуй, это будет по-честному. Только знайте - вашего лица мне никогда не забыть. И еще хочу вам сказать, насколько мне легче теперь, после нашей случайной беседы, и... что ж, лучше я пойду и приступлю к рисунку. Жду вас через полчаса, Мэри! - Он помедлил у двери.

- Я приду... Джордж, - сказала она.

Кряхтя и спотыкаясь, Фиш прорвался через весь дом, громко хлопая за собой дверями. Повсюду жуткий бардак - на полу в гостиной разбросаны диванные подушки и газеты; но ничего-ничего, вот выйдет она за него замуж, будет кому убраться в доме. Теперь надо - Фиш открыл заветную комнату, лихорадочно сорвал крышку с большой машины и принялся нажимать кнопки на одном из блоков, - теперь надо только сделать проклятый набросок. Один шанс из сотни. Но все же лучше, чем ничего. Фиш включил машину, в беспомощном нетерпении наблюдая, как манипуляторы высунулись наружу и повисли без движения.