Это был он. Это он выбирался из разбитой машины, в которой лежал залитый кровью труп девушки.

Пальцы его сами собой разжались, и фотографии упали на стол. Он посмотрел ей прямо в глаза тяжелым, угрожающим взглядом.

— Что вам надо от меня? — спросил он с ненавистью. — Где вы взяли эти снимки?

Тот последний вопрос, как электрический шок, побудил его к действию, и он с невероятной быыстротой — никто не смог бы опередить его в эту минуту — схватил эти фотографии, как утопающий хватается за соломинку, мертвой хваткой. Пальцы его совершенно не слушались, когда он начал рвать их на мелкие клочки.

— Не трудитесь, — спокойно произнесла девушка. — У меня есть негативы.

Каргилл остановился как по команде и, наверное, машинально посмотрел в сторону официанта, стоявшего неподалеку, потому что тот в одно мгновение возник около их стола, убрал разорванные фотографии и принес ещё виски. Каргилл торопливо опрокинул рюмку в рот и почувствовал, что здравый смысл начинает возращаться к нему. Если она не умерла, тогда никто не может ни в чем его обвинить, ведь никакого преступления не было?

Он увидел, что девушка опять что-то ищет в сумочке. Она вытащила блестящий предмет в форме сигареты, приложив его к губам, глубоко затянулась и выпустила тонкую струйку дыма. Пока он завороженно смотрел на эту «сигарету», она снова достала что-то из сумочки. Это «что-то» выглядело как визитная карточка, размером несколько больше обычной. Она бросила её на стол перед ним.

— Вам, конечно, непонятно, — сказала она, — что это значит. Вот, это до некоторой степени прояснит дела. Взгляните.

Каргилл почти не слышал, что она говорила.

— Эта ваша сигарета, — медленно произнес он. — Вы же её не зажигали.