— Я хочу собственными глазами увидеть, что это там летит, снаружи, — коротко сказал он. Через несколько секунд он покинул централь управления и пустя десять минут уже находился в кабине подготовленного головастика, а пятьдесят человек набранного экипажа стояли по ту сторону люка шлюза «Распутина».

Он никогда не любил вида системы Твин, а теперь, когда он сидел в тесной кабинке головастика, он нравился ему ещё меньше. Он привык к безграничной, усеянной звёздами дали открытого пространства. Два пылающих глаза двойной звезды раздражали его. Он подсчитал, и оказалось, что его корабль находится недалеко от фокуса системы, как если бы, находясь в Солнечной системе, он двигался между орбитами Меркурия и Венеры. Пространства для манёвров у него почти не было.

К счастью, крошечные неизвестные объекты двигались в противоположном направлении и казались безобидными. Вскоре Юлиану показалось, что они, должно быть, были обломками, возникшими в результате какого-то несчастного случая. Для носителей даже конкретного плана они двигались слишком медленно и беспомощно.

Несмотря на это, он был осторожен. Хотя маленькие летающие объекты двигались в разных направлениях, все они находились почти на одном и том же уровне. Юлиан отыскал одно из немногих, которое вылетело из общей плоскости и двигалось на высоте около десяти миллионов километров над уровнем плоскости орбиты.

Осторожно маневрируя, головастик направился к незнакомому объекту. Юлиан сам управлял ботом. Он напряжённо вглядывался в передний экран, на котором пару секунд назад в первый раз появилась блестящая точка. В течение нескольких минут она обрела форму. В телескоп бота был виден сигарообразный предмет, который, по крайней мере, частично, состоял из полированного металла и был менее четырех метров длины. Диаметр его был около двух метров. Это была, как заметил один из офицеров, довольно толстая сигара.

Юлиан уравнял скорость бота со скоростью летящего тела, сохраняя расстояние в сто метров. Телескоп теперь позволял изучить неизвестный объект во всех подробностях. Экипаж головастика с каждой секундой чувствовал себя все увереннее. Если бы сигара представляла какую-то опасность, они давно заметили бы это. Летающее тело проявляло лишь слабые следы энергетической активности. Это было такое же рассеянное поле, какое порождали малые термоядерные реакторы.