Женщина заговорила. Ее ресницы поднимались и падали, как старинные шторы, а слова вылетали пулеметными очередями.

— Я — администратор Телла. «Секулор Инк.» испытывает временную нехватку персонала. Мы были бы признательны вам за помощь. Охраняйте мисс Касад, доставьте ее на Станцию Европа, и мы заплатим вам пятьдесят тысяч кредитов. Деньги на текущие расходы — у мисс Касад. Используйте их благоразумно. Не просите помощи у персонала нашей компании. Ваш контракт следует ниже.

Появился юридический текст, и я нажал выключатель. Щелкнув, экран почернел. Оглядываясь назад, я понимаю, что должен был спросить, как может компания вроде «Секулор Инк.» испытывать нехватку персонала, обученного или какого другого, а если его и впрямь не хватает, зачем нанимать такое опустившееся ничтожество, как я? Но у меня поврежден мозг, и я был ослеплен перспективой пятидесяти тысяч.

До войны, когда инфляция достигала двухсот процентов в месяц, а банка пива стоила сто кредитов, пятьдесят тысяч ничего не значили. Но Консорциум победил, руководители, составившие Совет, покончили с экономическим беспределом, и сегодня пятьдесят больших «К» — это уже кое-что.

С ними можно, например, стать платежеспособным. Или еще лучше: купить бар. Да, это было бы здорово — облокотиться на стойку и наблюдать проходящую мимо жизнь. Трогательно, говоришь? Ну, у тебя свои мечты, а у меня свои.

Короче говоря, вместо того чтобы спросить о чем следовало, я повернулся к девочке и сказал:

— Рад познакомиться с тобой, Касад. А как твое имя?

Она скрестила руки на груди.

— Саша.

— Саша Касад. Мне нравится. Хорошо, Саша, кто охотится за тобой и почему?

— Никто за мной не охотится.

И меня еще называют тупым! Я вздохнул.