— Боюсь, что нет, — сказала она.

Лицо подростка погрустнело.

— Маршал…

— Что случилось? — Она нагнулась к нему. — У тебя будут неприятности?

— Конечно нет, — ответил Бинди. — Но вчера, когда маршал Ванх остался один, он начал рвать на себе волосы. Боюсь, мы проиграем войну. Моя бедная матушка каждую ночь плачет. С тех пор как убили отца…

— Когда он погиб? — мягко спросила Магрета.

— В первую войну, прошлой зимой. У меня три младшие сестренки, и мать не может заработать достаточно, чтобы прокормить нас. Если бы не мои деньги, мы бы голодали.

— А сколько получает посыльный? — поинтересовалась Магрета, тронутая его словами.

— Два гринта в неделю! — с гордостью произнес он. — Ну еще еда и форма. А когда вырасту, стану офицером. Мне нужно передать ваш ответ маршалу Ванху. — С этими словами он убежал.

Магрета вернулась к своим упражнениям, продолжая думать о парнишке. Через час она дошла до финальной стадии ни: стремительные приемы единоборств, которые девушка проделывала с такой скоростью, что за ними было не уследить, чередовались с плавными, нарочито замедленными движениями. Этот странный танец сопровождался ритмичным речитативом. Внезапно Магрета почувствовала, что за ней наблюдают. Решение ускользнуло от нее. Ни закончилось диссонансом.

Она открыла глаза, тяжело дыша, и увидела перед собой Ванха. Маршал был невысокий человек, приблизительно одного с нею роста, крепкого сложения, с волевым подбородком и низким лбом. Говорили, что особой добротой он не отличался, но и в жестокости его никто не обвинял. Из-за посеянной гаршардами смуты другие армии распались, но войска, под командованием Ванха, остались верны Иггуру. Магрета жестом пригласила маршала сесть и предложила чаю.

Ванх поблагодарил, однако было видно, что он предпочел бы сразу перейти к делу. Сражения подступили к самым воротам Туркада, от Иггура не было никаких известий, мерзкие гаршарды шныряли по городу, сея раздор и смуту, события вышли из-под контроля. Ванх был не на шутку встревожен.