Шанд поспешил дальше. Тысячью ступенями ниже лежали израненные Малиена и Таллия.

Оссейон, могучий темноволосый воин, вроде не пострадал, но пребывал в состоянии шока. Единственным его желанием было лечь и заснуть.

Шанд склонился над Мендарком. Магистр оттолкнул его и сам поднялся на ноги. Он страдал, как и остальные, но мужественно переносил боль. Он не пал духом.

- Селиала! - громыхнул он. - Позови лекарей, пусть осмотрят Тензора и сделают носилки для Малиены. - Затем уже более мягко обратился к Иггуру: Вставай, Иггур, ты нам нужен!

Иггур вздрогнул. Поражение лишило его уверенности в себе. Он страшился того, что Рульк вернется еще более могущественным и снова овладеет его разумом. Но Иггур повиновался приказу: нерешительный, потрясенный, приниженный. Часть его воспоминаний стерлась.

- Что со мной произошло? - спросил Иггур.

- Когда Рульк много лет назад проник в твой мозг, он оставил в твоем сознании дыру, которая мучила тебя, словно гноящаяся рана, ослабляя волю и внушая страх.

- Мне снились ужасные кошмары, - сказал Иггур, тряхнув головой.

- Теперь они прекратятся, - успокоил его Мендарк. Иггур выглядел озадаченным.

Шанд молча наблюдал за переменами, происходившими с Иггуром. Казалось, они с Мендарком поменялись ролями.

Теперь Иггур был сломлен, а Мендарк торжествовал победу. Противостояние словно выжгло все сомнения, накопившиеся за десятилетия неудач и поражений.

Но Шанд был поглощен собственными горестями. Чтобы избавиться от терзавших его воспоминаний, он старался чем-нибудь занять себя, но и это не помогало.

- Пойду проведаю Малиену и Таллию, - пробормотал он.