Надо сказать, сэр Джуффин Халли худо-бедно, но приучил меня к служебной дисциплине. Поэтому я всю ночь послушно дрых, кое-как устроившись на шатком сооружении из двух кресел и одного стула.

– Наконец-то ты усовершенствовал свою прежнюю конструкцию! – одобрительный возглас Кофы разбудил меня на рассвете.

– А разве я ее усовершенствовал? – сонно удивился я.

– Конечно. Раньше ты всегда обходился одним креслом и двумя стульями. Так что если кому-то было необходимо пройти к окну, бедняга непременно натыкался на твои угрожающие сапожищи.

– А… Ну значит, раньше я был молодой и глупый, а теперь я уже старый и мудрый, наверное…

Я отчаянно зевнул и понял, что без глотка бальзама Кахара моя жизнь не станет легкой и приятной. Сэр Кофа с отеческой снисходительностью наблюдал за процессом превращения меня сонного и несчастного в меня же, но бодрого и довольного жизнью.

– Что нового в столице? – спросил я, наслаждаясь энергичными модуляциями собственного голоса.

– Ничего особенного. Если не считать пяти свежих трупов в морге на половине Городской полиции. Ничем не объяснимые внезапные смерти, в точности то же самое, что случилось с этим несчастным изамонцем.

– Ничего себе!

– Не бери в голову, мальчик. Все равно без Джуффина мы тут не разберемся, а его пока нет… Ты мне лучше расскажи, чем закончилась твоя вчерашняя охота за любовными сценами?

– Да так, тоже ничего особенного, – улыбнулся я. – Даже растрогался, если честно… Единственное, что радует, они решили провести вечер в “Меде Кумона”. В отличие от дам своего большого и нежного сердца, бедняга Мелифаро искренне ненавидит куманскую кухню! Могу его понять: там подают какие-то ужасные медовые супы… Бр-р-р-р!

– Да ну, не говори ерунду! – возмутился сэр Кофа. – Яхорошо знаю куманскую кухню. Отличная штука!