– Пустосвятовская вода у тебя с собой? – задал Алексей ненужный вопрос.

– А то как же! Без нее – ни шагу. В рюкзаке бутылку ношу. Новая квартира небось большая? Если большая, литровой бутылки может и не хватить.

– Хватит, – отрезал Стен и замолчал.

«Так что же задумал братишка?» – гадал Юл. Но знал, что спрашивать бесполезно. Если Алексей захочет – сам скажет.

Стен не мог подыскать точного определения тому, что он задумал. Безумие? Скорее всего. Дерзость? Разумеется. Но если был шанс что-то сделать, Стен не мог пребывать в бездействии.

Когда-то он сломал свою жизнь потому, что на миг прозрел и увидел будущее. Впрочем, в те времена он не догадывался, что наделен особым даром. Он только ощутил нестерпимое отвращение ко всему – или почти всему, – что его окружало. И еще – уверенность, почти фанатическую, что скоро все изменится. Все сбылось так, как он предвидел.

Последующие тринадцать лет Стен жил, учитывая в своих действиях предопределенность грядущего. Теперь же он хотел угаданное будущее отменить. Ни много ни мало.

Возможно ли такое?

Волшебное ожерелье открыло в нем дар провидца. Теперь ему нужен новый дар – менять будущее по своей воле.

Был суббота, на дороге было довольно много машин, и каждая заминка бесила Стена. Ему мнилось, что таинственные силы, с которыми он был готов сцепиться в неравной схватке, уже начали действовать.

«Нет-нет, я сделал еще только первый шаг», – уговаривал себя Алексей.

Самообман, конечно. Кости брошены, Рубикон остался позади. Алексей улыбнулся, вспоминая, как он рассказывал на уроке в лицее о Цезаре и его борьбе с Помпеем. Мальчишки и девчонки слушали, затаив дыхание, будто события, которым больше двух тысяч лет, разворачивались у них перед глазами. Стен умел говорить. Да, он чертовски хорошо умел говорить. Завуч, присутствовавшая на уроке, сказала, что он не рассказывает, а околдовывает.