-- , Лига англо-американской дружбы, -- сказал я.

Пожал руку портье. Мы были старыми знакомыми. Уже два года я работал на этом маршруте.

-- Удачная поездка? -- спросил он.

-- Довольно удачная, -- ответил я. -- Вчера во Флоренции весь день шел снег.

-- Чего же вы хотите, еще только март, -- сказал он. -- Вы, ребята, слишком рано открываете сезон.

-- Скажите это в главной конторе в Генуе, -- заметил я.

Все было в порядке. Разумеется, фирма зарезервировала нужное количество мест, и поскольку сезон только начинался, руководство отеля разместило всю мою группу на третьем этаже. Все останутся довольны. Ближе к лету, получив номера этаже на пятом, да к тому же в самом конце здания, мы будем считать, что нам повезло.

Портье наблюдал, как моя группа заполняет холл.

-- Что вы нам привезли? -- спросил он. -- Священный Союз?

-- Не спрашивайте. -- Я пожал плечами. -- Они объединили силы во вторник, в Генуе. Что-то вроде клуба. Говяжьи туши и варвары. Ресторан, как всегда, в половине восьмого?

-- Все накрыто, -- ответил он. -- Прогулочный автобус заказан на девять. Желаю повеселиться.

В нашем туристическом деле мы всегда даем клиентам особые кодовые названия. Англичане у нас , американцы -- . Возможно, не слишком комплементарно, зато выразительно и точно. Когда мы из Рима правили миром, эти люди ходили в звериных шкурах. Так что ничего оскорбительного.

Я обернулся, чтобы поприветствовать лидеров своей англо-американской группы.

-- Все отлично, -- сказал я. -- Всех разместили на третьем этаже. В каждом номере есть телефон. По любому вопросу звоните портье, и вас сразу со мной соединят. Обед в половине восьмого. Встретимся здесь. О'кей?

Теоретически с этого момента у меня были час и двадцать минут на то, чтобы найти свою берлогу, принять душ и немного отдохнуть. Но это редко удавалось. Не удалось и сегодня. Только я скинул пиджак, как зазвонил телефон.