– Грант, слышал новость? Храпун нашелся.

– Когда? Почему я не слышал?

– Я только что вернулась с мокрого колодца, поймала трех жаб. Слышала его. Он вернулся.

– А может это не Храпун?

– Нет, это он.

– Ползем?

– Нельзя. Старый подскочил, сказал, чтобы никто не выходил из норы и сразу увел Храпуна с собой.

– Не мог проснуться позже что ли?

– Забудь. На, пощупай жаб. Они большие, правда?

– Да. Но я вчера поймал вообще громадную. До сих пор ее ем.

– Зато я три поймала, а ты всего одну.

– Я крота услышал. Он нору рыл. Пришлось уйти, иначе сидеть мне сейчас в колодце и воду греть.

– Да, воду греть плохо. Половину сна пришлось бы тебя сушить.

– Что делаешь?

– Жаб разделываю. Не слышишь что ли? На, глаз попробуй. Поделюсь с тобой.

– За просто так?

– Да. Ешь сразу, а то передумаю.

Грант съел подаренный ему глаз и решил вернуться к прерванному сну. Но заснуть не успел – пришел Старый. Он влез в нору и сообщил:

– С ума сошел Храпун. Стукнуло камнем по голове, и нет теперь в ней ума. Болтает всякую чушь.

– Старый, а где он сейчас? – вырвалось у Гранта.

– А зачем тебе понадобился Храпун? Хочешь стать таким же сумасшедшим, как он? В Гладкой комнате. Но ты не смей ходить к нему. А теперь все могут идти на охоту.

Старый отогнал Деда, который сторожил его мешки, и начал копаться в них, а охотники, отряхиваясь от земли, вышли наружу и стали спорить, кто куда пойдет охотиться. Многоголосый шум прорезал звук оплеухи и яростный шепот Щербатого:

– Еще не хватало, чтобы кроты нас услышали. Норе даже триста снов нет. Новую хотите рыть?

Все согласились с Щербатым. Даже получивший оплеуху Жало не стал давать сдачи.

– Ты к Храпуну? – спросила Рада у Гранта. – Я с тобой, возьмешь?

– Пошли, - согласился тот. – Четыре уха лучше двух слышат.

У Гладкой комнаты были твердые и гладкие стены, а пол был в глубоких полосках. По ним легко было ориентироваться.