Вечеринка получилась удачной, как почти все сборища такого рода. Гости и хозяева чувствовали себя непринужденно и весело, никто не затевал ссоры или драки, и даже никто не напился, что было довольно необычным явлением. Жители их квартала – конечно, речь идет о мужчинах – имели склонность, чуть выпив, подраться, и, как правило, после летних вечеринок те, кто мог еще стоять на ногах, разводили остальных по домам. Но в этот раз все шло благопристойно, может, потому, что сезон только начался и общество еще не пустилось во все тяжкие. А может, просто потому, что после тяжелой, изматывающей жары наконец установилась нормальная погода; всем было настолько хорошо и приятно, что никому не хотелось портить такой чудесный день пьянкой.

Дело шло к вечеру, когда Джо в очередной раз подошел к бару и спросил у друга:

– Ну как у вас тут со льдом?

– Опять заканчивается, притащи еще, ладно?

– Сказано – сделано, – ответил Джо, направился в свою кухню и вернулся с кувшином полным кусочков льда в форме полумесяца. Лавируя между гостями, он пробирался с кувшином, к бару, где в одиночестве хозяйничал Том, так и не снявший с себя поварской передник. Джо поставил кувшин на столик:

– Пожалуйста, шеф!

Том пересыпал кусочки льда в ведерко и начал их дробить. Джо оглядел грязные стаканы, столпившиеся на столике, и спросил:

– Черт, куда же я дел свой стакан?

– Я приготовлю тебе новый.

– Спасибо.

Джо пил виски с содовой. Том считал, что для жаркой погоды это не очень подходящий напиток, но не стал выговаривать приятелю; Джо пил виски круглый год, так чего ради портить ему настроение?

Том начал готовить выпивку для Джо, а тот повернулся посмотреть на беззаботных гостей, разбредшихся по лужайке, постепенно погружающейся в вечерний сумрак.