Волосы Тома были красивого каштанового оттенка, но уж очень редкие. Несколько лет назад он где-то вычитал, что об лысение может быть вызвано частым мытьем волос, и с тех пор в душе всегда надевал резиновую шапочку жены, но волосы все равно безбожно выпадали, и на макушке, где совсем недавно рос целый лес, теперь явственно обозначилась гладкая полянка.

Из них двоих Джо отличался более порывистой и непоседливой натурой, тогда как Том скорее был склонен к некоторой вдумчивости и даже созерцательности. Он мог часами сидеть на одном месте, погрузившись в размышления, а Джо постоянно жаждал деятельности и относился к тому сорту людей, которые готовы ввязаться в любую драку. В противоположность другу Том всегда старался всех успокоить и решить конфликтную ситуацию мирным путем. Характер Джо не выносил бездеятельности, он начинал тосковать и становился раздражительным.

Вот и сейчас он ерзал как на иголках. Они застряли в пробке и уже минут пять не продвигались ни на шаг, и Джо изо всех сил тянул шею, пытаясь увидеть причину затора. Но впереди только тянулись вдаль три ряда неподвижных автомобилей, и, выйдя из себя, Джо со злостью нажал на сигнал.

Резкий звук острой иглой впился в мозг задремавшего было Тома. Он встрепенулся.

– Ладно тебе, Джо, – сказал Гэррит. – Перестань. Он слишком размяк от духоты, чтобы терять голову из-за пробки на дороге.

– Чертовы ублюдки! – выругался Джо и посмотрел направо. Там, за массивной фигурой Тома, он увидел в соседнем ряду новехонький голубой “кадиллак-эльдорадо”. Водитель сидел в уютном, наглухо закупоренном салоне с кондиционером, свежий и аккуратный, как банкир в своем кабинете.

– Ты только посмотри на этого сукиного сына, – сказал Джо и, скривив губы, дернул подбородком в сторону “кадиллака” и его владельца.