Тодд робко взял ее за руку и повел по дорожке к приветливым купам переплетенных кипарисов. За ними Стелла видела верхушку самого высокого дерева, могучего искривленного кипариса, тянущегося к серому небу, как монолит какой-то древней цивилизации.

Тодд настойчиво тянул ее к этому дереву, как будто с самого начала оно и было намеченным объектом. Дерево находилось от них в доброй сотне ярдов, а может, и больше, и, когда они дошли до него, Стелла с трудом переводила дыхание от затраченных усилий. Мастер Тодд двигался как гончая, когда хотел, и до всего остального ему не было дела.

Стелла сама была захвачена происходящим. Тодд остановился перед деревом, с триумфом указывая на искривленный ствол. Как раз над его головой, глубоко вырезанное в коре дерева, было слово, написанное печатными буквами. Имя.

Оливер.

Глава 4

УМЕРШИЙ

— Оливер? — спросила озадаченная Стелла.

Глаза Тодда сверкали.

— Он сказал, буквы будут расти вместе с деревом. Так и есть. Точно так, как он сказал. — Мальчик тяжело дышал. Но Стелла почему-то знала, что это не из-за их прогулки.

— Кто это сделал, Тодд? Кто сказал это?

Тодд вел себя так, будто не слышал ее. Он обошел вокруг толстого старого дерева, поглаживая его пальцами, как если бы это было что-то очень дорогое его сердцу.

— Знаете, я взобрался на него. До самой верхушки. Оно, наверное, в милю высотой. Там наверху живет сова. Рыжевато-коричневая сова, я думаю. Разве совы никогда не вылетают днем?

— Нет, если они могут избежать этого. Скажи мне, Тодд…

— Совы забавные.