Десять дней и ночей длилась безумная сеча, прозванная впоследствии Битвой Тысячи Магов. Многие тысячи и тысячи жизней унесла она во владения Ледяной Богини, как кличут Смерть наивные человеки. Миллионы тел, огромные тучи воронья над искалеченными трупами, распухшая от крови земля, разломанные мечи, осколки заклятий, черное небо над головами безумцев… и быть бы миру навсегда погашенным, если бы не нашелся среди этого кошмара тот, кто сумел понять всю глубину повисшего над Лиарой проклятия. Тот, у кого хватило смелости пойти против своего обезумевшего народа и защитить недавних противников от ударов лучших магов Темных. Кто не погнушался просить помощи у слабых, короткоживущих смертных, вставших в тот день против него на равных. И кто сумел ценой жизни остановить эту страшную бойню.

Но перед этим едва не обрушил небеса на землю.

Изиар был Темным Владыкой эльфов. Одним из тех, кто начинал эту долгую войну, и кто первым сумел понять всю бессмысленность сложившегося противостояния. Настоящего его имени никто не знал: те, кто помнил, унесли с собой в могилу, а те, кто выжил, упорно молчали. Даже упоминание о нем в Хрониках старательно затерли. Потому что в великой битве Магов именно он был тем проклятым, кто сумел открыть проход на Нижние Миры и, горя жаждой победы, призвал из небытия жутких демонов, способных вырвать жизнь даже у бессмертного. Прибегнув к древним заклятьям, он открыл чудовищный по мощи портал (который, как говорят, не закрылся до сих пор) в неизвестность, и жадные до горячей крови твари ринулись оттуда с безумной скоростью, привнеся в царивший вокруг хаос настоящую агонию. Изиар слишком поздно осознал ошибку. Слишком поздно заметил, что чужеродные сущности пожирали всех без разбора, не делая различий между Темными и Светлыми, людьми и гномами. А спохватившись, попытался исправить содеянное, да только в одиночку это было бесполезно: открытая настежь дверь между мирами стала слишком большой, чтобы ее смог затворить один обессилевший эльф.