Горожане давно привыкли к такому странному ритму жизни, а многочисленных приезжих всегда предупреждали от самых ворот, чтобы не вздумали вдруг проверять очевидное. Хватало и своих дураков, безрассудно сующихся в темные переулки в поисках опасных приключений. То захмелевший гуляка решит показать сочный кукиш хозяйке ночи, надеясь на какое-то глупое чудо и свою удачу, то мелкий воришка припозднится с добычей, то очередного повредившегося умом мага не успеют выловить… всякое случалось. И замерзшие на улицах тела поутру отнюдь не были здесь редкостью. Но, что удивительно, Дворцовых Садов эта беда никак не касалась, а их роскошная зелень, некогда взращенная Светлым Владыкой эльфов, ничем, кроме самого факта своего существования, не напоминала о прошлом. В отличие от лютого ночного холода и иных, не менее опасных отголосков, оставшихся на Лиаре после окончания Войны Магов.

Король проводил задумчивым взглядом мельтешащие внизу фигурки садовников и в который раз подумал, что почти за полвека правления так и не удосужился решить эту важную проблему. Правда, за долгие годы мира аккмальцы твердо усвоили, когда следует прятаться за каменными стенами и поднимать магические заслоны, но всех вопросов это знание не решало. А сейчас (до чего же не вовремя!) даже оно потеряло свое значение, потому что стране, как и всей Лиаре, грозили воистину тяжелые испытания.

— Время Эпохи заканчивается, — оборонил в тишину король.

— Вы правы, сир, — негромко подтвердил со спины мягкий баритон. — И все мы хорошо знаем, что это значит.

Владыка Интариса медленно обернулся и долгим взглядом посмотрел на необычного собеседника, терпеливо ожидающего завершения этого трудного разговора: сухощавый, с крепкой фигурой закаленного воина, он неподвижно стоял возле роскошного кресла и по-прежнему ждал, пока король, наконец, сообщит очевидное.