Ладно! Ладно! Вру. Просто терпеть не могу, когда на моих глазах убивают беспомощных женщин, пускай они хоть трижды эльфийки. Могу я себе позволить раз в год побыть сентиментальным?!

Арбалет издал тихое «думм», эльф, получивший болт в шею, позабыв о своей жертве, рухнул на пол. Прежде чем его товарищ сообразил, что к чему, я уже прижимал к его горлу нож.

– Мы ведь не хотим неприятностей, правда, друг? – пропел я ему на ухо.

– Кто ты? – едва раскрывая рот, прошептал он. Клинок опасно щекотал его кожу.

– К чему имена? Я тот, кто стоит у тебя за спиной.

– Ты не убьешь эльфа, человек.

– Скажи это своему другу, клыкастый. В отличие от него, у тебя еще есть шанс увидеть Темный лес.

Он счел за лучшее промолчать.

– Вставай, – обратился я к девчонке, напряженно следящей за нами. – Мы уходим.

– Она останется! – эльф разом забыл о том, что его жизнь висит на волоске.

Мне его несговорчивость не понравилась. Право слово, стараешься быть вежливым, а всякие темные гады так и норовят подложить тебе свинью. Я стукнул его в голень, заставив рухнуть на колени, и ударил тяжелой рукоятью по затылку. Пусть полежит и подумает, как нехорошо упрямиться.

Оценив дело рук своих, я подошел к эльфийке, сидящей все так же неподвижно, и, подчиняясь какому-то наитию, перерезал веревочные браслеты на ее запястьях. Узор на полу ярко вспыхнул и, спустя мгновение, исчез. Она облегченно вздохнула, провела языком по разбитым губам и неожиданно улыбнулась:

– Я уже начала думать, что ты не догадаешься это сделать.

«Сделать что?» – хотел спросить я, но увидел, как одна из татуировок-змей на ее руках шевельнулась и повернула голову в мою сторону. Я разом прикусил язык, соображая, почудилось или нет? Вроде, показалось. Хотя раньше змеюка не смотрела на меня. Да еще и с явным любопытством.