– Иллюзии необязательны. Если ты не хочешь, чтобы я возвращался, я не вернусь.

– Я лишь не хочу, чтобы ты уходил, – Акейна подплыла к нему и тоже встала на ноги. Она была настолько погружена в Белый Поток, что даже тонкие листья блада не ломались под её тяжестью. – Слишком рано. Ты не готов.

Джейсен с трудом сдержался. В конце концов, ведь это он разыскал фалланасси.

– Я прошёл уже столько тренировок, Акейна. Я понял лишь одно: каждый орден считает, что их путь – единственно истинный.

– Я говорю с тобой не о монахах и ведьмах, Джейсен Соло. Я говорю о тебе, – она поймала его взгляд своими тёмными глазами. – Ты ещё не разобрался до конца в своих чувствах. Кто-то зовёт тебя, и ты идёшь, сам не зная почему.

– Значит, ты тоже это почувствовала?

– Нет, Джейсен. Ты так же неуклюж в Потоке, как и твой дядя. От твоих чувств идёт рябь, которую нельзя не заметить. От кого идёт зов? От твоего брата?

– Нет. Энакин погиб на войне.

Прошло уже восемь лет, и Джейсен мог, наконец, ответить и признать тот факт, что смерть брата не прошла в Силе незамеченной. Когда джедаи научились сражаться с юужан-вонгами и не превращаться в чудовищ, в войне настал переломный момент.

– Я тебе уже говорил, – добавил он.

– Да, но был ли это твой брат? – Акейна подошла ближе к Джейсену, и его ноздри наполнились ароматом растения ваха, растущего у храмового бассейна. – Когда кто-то тонет в Потоке, остаются круги. Может быть, до тебя дошли всего лишь круги?

– Это ничего не меняет в моих ощущениях, – отрезал Джейсен. – Иногда последствия – это всё, что мы можем узнать о причине.

– Неужели ты запоминаешь мои слова, чтобы потом бросать их мне же в лицо? – Акейна подняла руку, как будто собиралась отвесить ему подзатыльник. Его рука инстинктивно поднялась, чтобы заблокировать её движение. Акейна с отвращением покачала головой. – Ты ужасный ученик, Джейсен Соло: слушаешь, но не учишься.