Люк заставил себя перевести взгляд с окна на джедаев, собравшихся в кружок в зале совета. Корран указывал лазерной указкой на голографическую проекцию огромного юужан-вонгского корабля для перевозки рабов. Орден джедаев надеялся использовать этот корабль для эвакуации населения умирающей планеты.

Корран сверкнул указкой, и на голограмме появилось изображение испещрённого взрывами горнодобывающего корабля, предназначенного для работы в астероидах.

– Положение в мальторианском горнодобывающем поясе тоже ухудшается. Без Зекка, который следил за порядком, пираты Трёхглазой подмяли под себя всю планету. Поставки сырья упали на пятьдесят процентов, и Служба планетной реабилитации пытается от них откупиться.

– Это надо немедленно прекратить, – сказала Мара. Она сидела в кресле рядом с Люком и, как всегда, первая перешла к сути дела. Именно это Люк и любил в ней больше всего. Иногда, когда малейшее решение могло повлечь за собой последствия, которые не мог бы предсказать даже чемпион-колуми по игре в дежарик, жена продолжала мыслить трезво и разумно. – Если реабилитационные конгломераты будут откупаться от пиратов, у нас по всем Центральным мирам начнут хозяйничать мародёры.

Остальные мастера поддержали её.

– Прекрасно, – сказал Корран. – Кем же мы тогда заменим Зекка?

Никто не вызвался. Все джедаи были где-то заняты, на большинстве рыцарей (и даже на учениках) лежало по три задания. И чем больше появлялось дельцов и эгоистов, поднаторевших в манипуляциях Сенатом Галактического Альянса, тем более угрожающим становилось положение.

Наконец Кип Дуррон сказал:

– Скоро семья Соло закончит дела на Борао, – облачённый в потёртую одежду, с длинными спутанными русыми волосами, Кип, казалось, сам только что вернулся из дальней дороги. Впрочем, он всегда так выглядел. – Может быть, Служба планетной реабилитации потерпит, если узнает, что к ним приедут Соло?