– Не знала, что жвала у васбо раскрываются так широко! – воскликнула она.

– Это была великая посадка, – Хан отстегнул ремни безопасности и пошёл в заднюю часть мостика. Он покружился, демонстриуя искусно сшитые одежды, длинный парик и белые контактные линзы. Всё это служило для маскировки. – Всё на месте?

– Ты просто вылитый арканиец, – заметила Лея. – Поменьше маши руками, у тебя слишком толстые мизинцы.

– Да, маскировка была бы лучше, если бы вам удалили безымянный палец, – согласился С-3ПО. – После ампутации четырёхпалая рука уже никого бы не удивила. Пока что, по моим оценкам, вероятность того, что лизилы нас узнаю, составляет пятьдесят семь и восемь десятых плюс-минус четыре и три десятых процента.

– Да-а? – протянул Хан. – Может быть, нам замаскировать тебя под однорукого дроида-уборщика?

С-3ПО отпрянул.

– Это вряд ли необходимо, – сказал он, осматривая зелёную патину, нанесённую на его внешнюю поверхность. – Дроиды редко привлекают к себе внимание. Уверен, что мой новый костюм окажется самым подходящим.

– И костюм Хана тоже, – присоединилась к ним Лея, загримированная под женщину-фаллину: на лицо нанесли тонкие зелёные складки, длинные волосы украсили бисером и гребнями, а сквозь комбинезон проступал спинной хребет. – Как я выгляжу?

– Хорошо, просто замечательно! – Хан одарил её сладострастной улыбкой, неприкрыто восхищаясь спортивной фигурой, выработанной на тренировках под неусыпным надзором Сабы. – Может, мы ещё можем…

– Как там дела с нашим пропуском в зону боёв? – перебила Лея. Она прошла мимо него, покачивая головой. – Ну, хотя бы искусственные феромоны действуют.

Хан последовал за ней в полной уверенности, что отреагировал отнюдь не на феромоны. Они с Леей были женаты уже около тридцати лет, и не проходило и дня, чтобы он не засматривался на неё. Казалось, с каждым днём он её всё больше обожал, пока одним прекрасным утром не проснулся и не понял, что именно его чувства скрепляют галактику воедино. Он не совсем понимал свою любовь. Вероятно, её причина заключалась в том, что он разделял её тягу к приключениям, или в том, что она была матерью его детей. Однако он был глубоко благодарен ей за свои чувства.