Бонд позвонил в висевшую у входа медную рынду, которая напоминала М. о днях его службы на флоте. Ответа не последовало. Лишь было слышно, как шелестят на ветру кроны деревьев. Наверное, подумал Бонд, миссис Хаммонд все еще занята наверху, а сам Хаммонд полез в погреб за бутылкой любимого алжирского вина М., метко прозванного им “Приводящее в бешенство”. Дверь в Куортердеке никогда днем не запиралась. С легкостью она поддалась и теперь.

Каждый дом обладает присущим ему одному набором звуков, на которые, как правило, не обращаешь внимания. Это могут быть отдаленные голоса, шаги, звон посуды на кухне – словом, все то, что указывает на присутствие человека в доме. Едва Бонд переступил порог, как тренированный слух предупредил его о необычной тишине, царившей в доме. Тело моментально напряглось, он толкнул массивную, испанского черного дерева, дверь в кабинет, где М. всегда принимал посетителей.

Унылая пустота комнаты поразила Бонда. Вещи были аккуратно расставлены по споим обычным местам, на стенах безукоризненно ровными рядами висели гравюры с изображением моря, на столе возле окна, словно приготовленные для просмотра, были разложены акварели. Все несло на себе отпечаток безжизненности, точно в музее, где мебель и вещи исторического деятеля сохраняются в том виде, в каком они были при его жизни.

Внезапно (Бонд даже не успел опомниться) дверь в столовую, слегка приоткрытая, широко распахнулась, и в проеме показался человек. Направив длинный ствол автоматического пистолета в ноги Бонда, он отчеканил.

– Ни с места. Бонд. И никаких резких движений. Иначе я открою огонь.

II. Спасение в лесу

За свою жизнь Джеймс Бонд десятки раз стоял под дулом пистолета и выслушивал угрозы, часто совершенно не зная, к чему готовиться. В таких ситуациях самый первый шаг к спасению состоит в том, чтобы принять предложенные правила игры и тем временем проанализировать всю доступную на данный момент информацию.