— Ты действительно использовала его только для обычной кражи персональных данных? Для черновой работы? — Темные глаза Смеланд не отрываясь следили за выражением лица Слай. — Только это — и ничего больше?

— Именно так я тебе и сказала, Т.С.

Смеланд грустно усмехнулась:

— Хороший ответ! С нулевым информационным содержанием. — Она еще раз отхлебнула из стаканчика со скотчем. — Ладно, это твоя игра. А я в это дерьмо больше не лезу. — Помолчав немного, она спросила: — Ты здесь встречаешься со своим „Джонсоном“?

Слай кивнула. Неожиданно ее охватило дурное предчувствие. Она попыталась вспомнить разговор с Луисом. Что она рассказала ему о контракте? Не много, но Луис был смышленый малый и мог кое о чем догадаться сам. Значит ли это, что он все рассказал своим убийцам? Могло ли это быть причиной отсрочки встречи с „Джонсоном“?

„Параноидальные мысли, Слай, — сказала она себе. — Здесь нет никакой связи. Работая на меня, Луис, наверное, подрядился на другую вылазку“.

Смеланд внимательно наблюдала за ней.

— Знаешь, — произнесла она легко и непринужденно, — у меня здесь есть небольшое укрытие, комнатка за баром. А там разные системы слежения — камеры, микрофоны, всякая электроника. Можно подключиться и получить полную картину всего, что происходит в баре. Я тебе не показывала?

Слай не смогла не улыбнуться. „Вот для этого и нужны друзья“, — подумала она.

— Нет, — произнесла она вслух. — Но звучит заманчиво. Почему бы тебе не показать ее сейчас?

Офисом Смеланд была крошечная комната — не больше тех чуланов для метел, в которых приходилось скрываться Слай. Маленький стол, покрытый бумагой, вращающийся скрипучий стул, спинка которого могла служить орудием пыток.