Ландо объяснил ей: «Чуи обязан Хэну жизнью. Это очень много значит у вуки. Хэн велел ему о тебе позаботиться. Пока Хэн не отменит свой приказ, Чуи будет заботиться о тебе».

Лея попыталась проявить твердость: «Я очень ценю твою заботу, но, право слово, это вовсе не обязательно».

Бесполезно настаивать, сказал ей Ландо. Пока она жива, Чубакка решил быть с ней рядом, и все тут. Она даже не умела говорить по-вукийски, разве что выучила на слух несколько ругательств, но Ландо улыбнулся и сказал, что лучше ей привыкнуть к Чубакке и его постоянному присутствию.

Так в некотором роде и получилось. Чуи понимал несколько языков и, хотя не умел на них говорить, мог донести свою мысль до собеседника, если хотел.

Лее нравился Чуи, но у нее появилась еще одна причина найти и освободить Хэна, — чтобы он отозвал от нее своего вуки.

Опять же, случались времена, когда присутствие двухметрового вуки рядом с ней бывало очень кстати, хотя Лея ни за что в этом не призналась бы. Например, в этом замечательном месте.

Весь последний час ей приходилось чуть пристальнее вглядываться в некоторых посетителей, чем ей того хотелось. Невзирая на то, что она старалась не встречаться ни с кем взглядом, а на ней был потертый комбинезон грузчика, выпачканный смазкой, и волосы скручены в плотный и неприглядный пучок, за последний час к ее столу тек ручеек разномастных людей и инопланетян, которые пытались ее «снять», — при этом невзирая на то, что за тем же столиком сидел двухметровый вуки в полном вооружении.

Самцы. Неважно, какой они расы, коль скоро им приспичило найти женское общество. И к какой расе принадлежит женщина, их тоже, похоже, не волнует.

Чуи ясно дал им понять, что в их присутствии не нуждаются, а при виде его роста и арбалета никому не захотелось с ним спорить. Но на смену одним приставалам шли другие.