Все, с кем мне довелось беседовать о предстоящем походе, проявляли к нему явный интерес, но вскоре мне стало ясно, что многие из них считали даже самое консервативное предложение безрассудно храбрым, неоправданно рискующим в этом неизвестном районе единственной подводной лодкой с ядерной энергетической установкой. Один адмирал сказал мне совершенно определенно:

— Поход, о котором вы говорите, никогда не будет разрешен.

К весне 1957 года я и Маку эти, который привлек к этому многих офицеров, в том числе тридцать пять адмиралов, начали борьбу с оппозицией, Большинство факторов работало на нас. Несмотря на существование в штабе различных мнений, командующий подводными силами Атлантического флота контр-адмирал Уилкинс, человек, отличающийся большой проницательностью и смелостью, стал самым ярым защитником и ревностным сторонником идеи этого похода.

И наконец в июне 1957 года, после почти целого года работы в отделе ядерных реакторов под руководством Риковера, я выехал на западное побережье, чтобы принять командование «Наутилусом». В то время мне уже было ясно, что летом 1957 года арктический поход станет реальностью.

По прибытии в Сан-Франциско я очень много думал о предстоящем арктическом походе, но в то время передо мной стояла неотложная и нелегкая задача: мне нужно было принять командование «Наутилусом» у капитана 2 ранга Уилкинсона, найти общий язык с экипажем и заслужить его уважение и доверие. К этому нужно было подойти с большой деликатностью, так как сразу же после принятия корабля я должен был сообщить экипажу о предполагаемом полярном походе.

«Наутилус» находился в море. Было подготовлено все для доставки меня на него вертолетом. Я должен был прибыть на «Наутилусе» в Сиэтл и там официально принять командование. Когда мы летели над водой, я не испытывал особого удовольствия и невольно думал о том, приходилось ли пилоту раньше «висеть» над раскачивающейся палубой подводной лодки. Вдруг мы увидели под собой темный гладкий корпус «Наутилуса», качавшийся на поверхности воды. Матросы носились по палубе, готовясь к принятию вертолета. Вертолет замедлил скорость, повис над лодкой и снизился. Дальше на палубу мне пришлось спускаться на стропе. Уилкинсон устроил мне теплый прием. Вскоре мы погрузились и пошли в Сиэтл.