- Слюшай, иды отсюда по-хорошему, - цедил он в лицо всхлипывающей худощавой горничной, которую они с другом Шамилем трахали по очереди в течение двух дней.

Шамиль надменно улыбался, поигрывая цепочкой с ключами от машины. Третий житель гор Муса Джахаров вообще не обращал внимания на происходящее. В развлечениях с горничной Муса участия не принимал, поскольку предпочитал забавляться с мальчиками. К тому же сегодня он здорово обкурился гашиша и посему пребывал в состоянии ленивого блаженства.

- Но вы же обещали заплатить! - скулила горничная.

Она не была прирожденной шлюхой. Торговать собой женщину вынуждало катастрофическое финансовое положение: маленькая зарплата, двое детей и больная мать на шее. Внезапно Мамеду пришла в голову блестящая мысль.

- Да, кстати, у нас из номэра пропала тысача долларов, - начал он, незаметно подмигивая Шамилю, - случайно, нэ ты ых взала, а?!

- Что-о?! - опешила горничная, даже не осознав толком, в чем ее обвиняют.

- Увэрэн, она! - подал голос Шамиль, на лету подхвативший идею приятеля. - Наш хлеб кушала, выно пыла, а потом крадет! Ай-вай! За такое рэзать надо!

- Вырны дэнгы, шлух! - подытожил Мамед. - Иначе...

Давясь рыданиями, женщина выскочила в коридор. Оба джигита разразились веселым смехом.

- Все русские - бараны! - несколько минут спустя сказал Асланов Шамилю на родном языке. - Никудышный народ! Бабы шалавы, мужики...

Докончить фразу Мамед не успел. Дверь распахнулась под мощным ударом ноги, и в комнату вошли трое парней.

- Чечены, - ощерился один из них, светловолосый, с горящими ненавистью голубыми глазами. - Ну, падлы, теперь вешайтесь!

Этому предшествовали следующие события.