По-прежнему глядя в карты, я вытащил пружинную трубку. Мои товарищи тоже. Ростовщик взял карту и сбросил ее – двойку. Обычно мелкие он оставляет себе. Игра выдавала его взвинченное состояние.

Леденец подхватил сброшенную карту и выложил на стол туза, двойку и тройку, скинув восьмерку.

– Я же говорил тебе: не надо было посылать детей, – заныл один из приятелей Чиста. Похоже, это было продолжение давнего спора.

– Плевать мне на твои «я-же-говорил»! – рявкнул Чист. – Мадл, я созвал общий сбор. Нам нужно рассредоточить группы.

– Но мы же ничего не знаем наверняка, – заметил другой мужик в зеленом. – Дети есть дети, сам понимаешь.

– Не обманывай себя. Охотничья свора Госпожи идет по нашему следу.

– Я же говорил тебе: не надо было захватывать этих… – затянул было нытик и вдруг осекся, заметив наконец, хотя и слишком поздно, присутствие чужаков и бледный вид завсегдатаев.

Чист схватился за меч.

Их было девятеро, если считать вместе с Мадлом и несколькими посетителями, принявшими участие в драке. Леденец опрокинул карточный стол. Мы нажали на спускатели пружинных трубок. В воздухе просвистели четыре отравленных дротика. Мы вытащили мечи.

Схватка длилась считанные секунды.

– Никто не ранен? – спросил Леденец.

– Меня задело, – заявил Масло.

Я осмотрел его. Сущая ерунда, царапина.

– Назад за стойку, дружок! – приказал Мадлу Леденец, пощадивший трактирщика. – А все прочие – на расчистку помещения. Не спускай с них глаз, Ростовщик. Если кто-нибудь рыпнется – кончай его.

– А трупы куда девать?

– Скинь в колодец.

Я поставил стол на место, сел и развернул листок бумажки. На нем была изображена цепочка командного состава мятежников в Бирке. Я вычеркнул имя «Чист». Оно стояло в середине цепочки.

– Мадл! – позвал я. – Иди сюда.

Трактирщик подошел ко мне с такой же охотой, с какой собака стремится к плетке.

– Не дрейфь. Мы тебя не тронем – если ты нам поможешь. Скажи мне, кто были эти люди?