Рэмбо, естественно, в офисе уже не было. Я увидел его в окно - шеф садился в машину, но звонить на его мобильник не стал.

- Сделай, пожалуйста, растворимый... - мне хотелось упростить ее задачу. - Спасибо.

- Сейчас...

Я вернулся в кабинет с большой чашкой кофе. Поставил ее на стол рядом.

Чашка была нашей фирменной - "Lions". С одной ее стороны был изображен mr. President Rembo собственной персоной - в черном, под горло, свитере, в пиджаке, подстриженный под бандита с кроткой, немного грустной весьма редкостной для него -улыбкой...

По другую сторону белой выгнутой ручки красовалась вся наша нынешняя команда, ближайшие коллеги и друзья, в большинстве своем такие же бывшие менты. Когда памятная чашка готовилась появиться на свет, меня в Москве не было - я был в командировке на Ближнем Востоке, в Израиле, но чудом тоже попал на нее - частные детективы были запечатлены на фоне фотографии, которая и сейчас висела в кабинете у Рембо. Нас там было трое на снимке: Рембо, нынешний начальник криминальной милиции Северо-Запада Пашка Вегин и я...

Кофе оказался хорош. Это был " платинум".

Я сделал подряд несколько долгих глотков. Закурил...

" Наслаждение должно быть непрерывным..."

Потом я включил компьютер, вошел в сайт "Телефонная сеть Москвы".

Как я и предполагал, телефонный аппарат, на который я только что звонил таинственному Вячеславу Георгиевичу, был установлен в гостинице. Ею оказалась пятизвездочная "Рэдиссон-Славянская".

Обращаться туда за справкой об абоненте было также бесполезно, как интересоваться суммой на чужом счете в солидном швейцарском банке. И там, и там никогда не сдавали своих клиентов.

Я снова набрал номер телефона, по которому только что звонил. На этот раз никто мне не ответил. Возможно, телефонный аппарат вообще был абонирован у горничной для одного единственного звонка - моего...