Дашу взвесили на весах «Росинка», которые выудили из поддиванной пыли. Вес уменьшился килограмм на двенадцать.

– Может быть, весы врут? – понадеялась мама. – Наверное, врут.

– Это с ней в первый раз?

– Нет, – сказала мама, – в третий. Это у нее от переживаний.

И мама стала рассказывать доктору о дашиных переживаниях.

О том, как Даша впервые влюбилась в пятнадцать лет, потом еще раз в шестнадцать, и вот теперь в восемнадцать. Мама рассказывала подробно и тоже так, будто Даши не было в комнате.

Даше было немножко стыдно, но доктор был другом семьи, а мама всегда мама.

– Надо больше есть, меньше заниматься и чаще бывать на свежем воздухе, – сформулировал доктор. – От переживаний такое действительно случается, это не страшно. Я буду заходить.

В этот день Даша Полсор не пошла на занятия. Она лежала, ела, читала книжку и пила из чайной ложечки витаминную настойку, которую принес доктор. Она была послушной девочкой и делала все, что от нее требовали. Особенно, если это совпадало с ее собственными желаниями.

На ночь она наелась так, что не могла сидеть на стуле, а утром еще четыре килограмма ее собственного веса пропали неизвестно куда.

– Господи, какой ты скелет! – ужаснулась мама.

Даша посмотрела в зеркало. Не скелет, – подумала она, – я больше похожа на тень.

Еще недавно Даша Полсор была похожа на маленький соленый огурчик – такая симпатичная и плотная. Сейчас от огурчика ничего не осталось, кроме симпатичности. Но симпатичность стала совсем иной: тонкой и томной. Только волосы остались те же – ровно подстриженные, с легкими кудряшками на ушах.

В этот день Даша снова не пошла на занятия. Оставшись одна, она разделась и осмотрела себя всю. Она понравилась себе. Бывают женские фигуры тонкие до прозрачности и гибкие, как тростник. Сейчас Даша стала чем-то подобным. Ее тело было гармонично, кости нигде не оттопыривали кожу, а ребра были заметны, только если потянуться вверх. Она стала тенью себя самой. Неважно как это случилось, но ей понравилось быть тенью.