Его называли Драконьей Погибелью.

Победителем драконов.

Ну пусть одного дракона. Не самого большого из них, как он потом выяснил.

Лорд Джон Аверсин, тан Уинтерленда, откинулся на спинку чиненого дубового кресла в своей библиотеке, пока звук шагов посланца затихал на ступенях башни, и взглянул на Дженни Уэйнэст, которая свернулась клубком на подоконнике с кошкой, дремавшей у нее на коленях.

— Дьявольщина, — сказал он.

Первый ощутимый ветерок этой ночи, теплый и влажный — как и все в Уинтерленде летом — занес в открытое окно крупицы лесного тумана и заставил огни свечей задрожать на сваленных в кучу книгах.

— Сто футов длиной, — прошептала Дженни.

Джон покачал головой. — Да любой дракон выглядит стофутовым, если ты под ним. — Он заставил очки с круглыми линзами держаться потверже на седловине своего длинного носа. — Или когда приходится думать о том, как тут сейчас под ним выжить… Сомневаюсь, что в нем больше пятидесяти. В этом, которого мы убили за Дальним Западным Выездом, и тридцати не было… — Он кивнул на холодный камин, где висела черная шипастая булава из хвостового наконечника золотого дракона. — А Черный Моркелеб был сорока двух футов, хотя я подумал, что он влепит мне подзатыльник, когда я спросил, можно ли его измерить. — Он усмехнулся этому воспоминанию, но в глазах за стеклами очков Дженни видела страх.

И почти походя он добавил:

— Придется нам его найти.

Дженни погладила кошку по голове. — Да. — Голос ее был еле слышен. Кошка на коленях замурлыкала, отрабатывая свой хлеб.

— Смешно. — Джон встал на ноги и потянулся, чтобы размять мышцы спины. — Я тут собрал все истории прошлых Драконьих Погибелей, какие смог найти — ну там все их старые баллады и рассказы — да заодно сверил их со списками Короля. — Он указал на море хлама, который покрывал стол, пол и все полки кабинета с низкими сводами: собрания переплетенных заметок, пергаменты, наполовину скопированные с покрытых водяными пятнами книг, что были найдены в руинах на юге Ринда.