Вот великолепные женские украшения: кольца золотые и серебряные, и камни в них — от дешевых пестрых самоцветов, на которые так падки офирские шлюхи, до благородных изумрудов, рубинов и сапфиров; подвески и кулоны самых разных форм — каплевидные, в виде звезд и пирамидок; алмазные диадемы, и наконец восхитительные, тончайшей работы браслеты на щиколотку, с серебряными шариками-колокольчиками…
Рядом оружие, от которого у любого знатока загорелись бы глаза. Соня невольно устремляет алчный взор на парные метательные кинжалы. Не удержавшись, даже берет один из них в руку, проверяет баланс и центровку… разумеется обнаруживая, что нож лежит в руке превосходно, так, словно в ней и зародился изначально, подобно тому, как прорастает под ласковыми лучами солнца цветок. Воительница мечтательно проводит указательным пальцем по червленому узору на рукояти… да, так она и думала, вендийская работа. И вот этот завиток здесь, — тот самый, чье значение: «Я несу мир». Точно так же, как на близнеце его должен быть завиток, загнутый в сторону противоположную, и означающий соответственно: «Я несу войну». Эти кинжалы, именуемые также панджайскими близнецами, изготавливают исключительно на заказ для южных владык, ибо оружейники Панджи принадлежат к особой касте храмовых жрецов и должным образом освящают каждый клинок, выходящий из их кузницы. Так что кинжалы сии либо были похищены у законного владельца, либо…
Она вновь переводит взор на украшения, в особенности, на ножные браслеты с колокольцами.