Его задача внезапно осложнилась; десантный скафандр, в котором Саймон появился на "Пальмире", мог опустить его вниз в любой из точек траектории спутника, но не поднять наверх. Под "верхом" он подразумевал Луну, куда планетарный заградитель класса "Майти Маус" добрался бы минут за сорок, а боевая ракета или лазерный луч еще быстрей. Но ни ракет, ни мощных лазеров, ни космолетов у него не имелось, а было лишь то, что пролезло в узкую щель, пробитую трансгрессором: скафандр, ранец, ручное оружие и маяк. Если не считать скафандра, маяк являлся самой важной частью амуниции: Саймону полагалось активировать его перед высадкой, и тогда, ровно через десять дней, Колумбийская станция отыщет его поисковым лучом и попытается развернуть обратный канал. Эту процедуру будут повторять три месяца, дважды в сутки, и если сфера помех не исчезнет, на Землю отправится новый агент. Вероятно, Андрей Божко или Анвер Ходжаев по прозвищу Карабаш... Четвертый из их звена, Хромой Конь, индеец с Маниту, погиб. Но в Учебном Центре стараниями Леди Дот готовились новые группы первопроходцев. Временами Саймон удивлялся, зачем они нужны - ведь Закрытых Миров существовало не так уж много, хоть точное их число держали в тайне. Вероятно, ООН в лице своих ведомств - таких, как Карательный Корпус и ЦРУ, желала всегда и всюду держать ситуацию под контролем.

"Разумное желание, - подумал Саймон, усмехнувшись. - Но ситуации бывают такими неожиданными... Как, например, сейчас: передатчик-то я нашел, да до него не добраться! Другое дело, если б их было пять, и все внизу - пусть среди километровых кратеров или где-нибудь в Харькове, под присмотром батьки Стефана Ментяя и его молодцов... Тут появилась бы масса возможностей: столковаться или купить, пригрозить, обмануть, схитрить, прорваться силой или проскользнуть змеей среди змей, как говаривал Чочинга... Теперь же, - размышлял Саймон, задача изменилась: придется не передатчик искать и не его хозяев, а что-то метательное и увесистое... Вроде снаряда Горьких Камней, который дробит череп и ломает ребра..."