– Ты не бросай меня, Слава. Я буду стараться. Я стану самой доброй, самой ласковой, самой красивой… Я никого до тебя не любила.

– А как же прежние мужья?

– С ними я расставалась без всякого сожаления. А тебя – очень боюсь потерять.

– Никуда я не денусь. Я – однолюб.

– Хорошо, если так… Славик, я вчера в загсе огромную глупость совершила. Попросила сохранить свою фамилию. А я не хочу больше быть Горбовской. Я до конца жизни хочу быть Зуйко… Я люблю тебя.

На последней фразе Ванда просто в голос заревела… В дверь начали стучать, и Слава увидел в этом свое спасение. Он бросился открывать – на пороге стояла Ольга. Она в секунду поняла ситуацию и вытолкала молодого мужа в коридор.

– Иди отсюда! Готовьте с Денисом банкет. Мы скоро успокоимся и придем праздновать наши свадьбы… Да, иди же отсюда!

Колеса стучали монотонно – Каховка, Каховка, родная винтовка…За окнами рощи акаций и редкие свечки пирамидальных тополей. А чаще – голая степь.

Поезд приближался к Крыму. Южный берег – просто рай. Мечта молодоженов – лучшее место для медового месяца… Правда, не все мечты сбываются.

За свою жизнь медсестра Вера Хохлова видела много смертей, но почти не знала добра и счастья… Она приехала в Киев из маленького местечка. Долго училась на операционную медсестру, а работать пришлось дежурной в хирургическом корпусе.

Постоянные ночные вахты и постоянные приставания мужчин с забинтованными конечностями… Она никому не давала повода, но ее пышные формы привлекали сами по себе.

Больничные знакомства были ей противны, а других не случалось. До Артема Комара у нее вообще никого не было.

Хохлова много лет снимала комнатку на Подоле. Там она читала книжки про любовь, сама себе шила, стирала в корыте, ходила в баню… Жила, как умела.

Иногда она злилась на Артема, но деньги он платил регулярно. За последний месяц она должна была получить в день смерти старика – не получила! Сама виновата, нервишки сдали…