– Тридцать секунд полета, – раздался по внутренней громкоговорящей связи голос помощника координатора стартовой команды. – Все системы ракеты функционируют в пределах нормы. Отклонение от расчетной траектории составляет тридцать пять секунд.
Неподалеку от рабочего места координатора стартовой команды, перед большим телевизионным монитором, на котором был виден старт ракеты, стояли двое мужчин. Один из них, повыше и постарше, в военной форме и темных очках, – адмирал Стивен Лоуренс, командующий одним из флотов США. Другой, помоложе и постройней, – сенатор-республиканец от штата Флорида Мэйди Флауэр. Оба внимательно наблюдали за полетом ракетоносителя «Титан-5». Сияющий в небе крестик маршевых двигателей все еще просматривался на экране.
– Первая ступень отделилась. Включены двигатели второй ступени.
– Наконец-то это свершилось! – с придыханием воскликнул сенатор-республиканец.
Адмирал сдержанно кивнул.
Он не мог в полной мере разделить радость Мэйди Флауэра, так как знал о запуске ракетоносителя «Титан-5» очень мало. Ровно столько, насколько нужным посчитал ввести его в курс Пентагон. Ему лишь было известно, что ракета должна вывести на орбиту не только телекоммуникационный, как было заявлено официально, но и совсекретный спутник, задействованный в программе развертывания нового поколения противоракетной обороны. Для чего именно он предназначен, какие функции должен выполнить, в чем его секретность? – Стивен Лоуренс, пока не имел на эти вопросы однозначных вразумительных ответов, мог строить только одни догадки. Умники из Пентагона перестраховывались, боясь раньше времени раскрыть карты. Как военный, он выполнял приказ высшего руководства – велено прибыть на космодром, значит, так оно и надо. На месте введут в курс.