– Ты смеешь сомневаться в моих способностях?

– Нет, я сомневаюсь в твоей честности. Один раз ты уже пытался меня обмануть. Где гарантия, что этого не случится во второй?

– Гарантий нет.

– Следовательно, наше соглашение должно иметь солидную страховку.

– О чем ты? Какая может быть страховка? А если ты в первом же туре коньки отбросишь?

– Ты меня не дослушал. Хочешь вернуться к тому, с чего мы начали?! – Михаил умел наполнять голос металлом. – Тогда неси красный бокал. Я выпью.

– Не забывай, у меня остались твои друзья.

– Склерозом пока не страдаю. А ты уверен, что они тебе по зубам? – Мишка блефовал, но делал это с такой уверенностью, что сам себе верил.

Камень спящей силы действительно вчера поразил Зерга. поэтому он не стал развивать дальше эту тему.

– Я должен был тебя проверить. Сам я не собираюсь причинять зла ни тебе, ни твоим друзьям, но у меня в Темь-граде есть враги. Они могут попытаться. – Седой не собирался ссориться со своим гладиатором. – Тебя они не тронут из-за клейма, но на других эта неприкосновенность не распространяется.

«Какой ты заботливый! Прямо отец родной!» – с ожесточением подумал Мишка.

– С твоего позволения, я продолжу о страховке. Разобьем ее на две части. Когда я дохожу до полуфинала, ты выдашь мне пять голубых кристаллов.

– Чтобы ты сразу смотался? – Зерг даже привстал.

– С твоим клеймом? А через три дня отбросить коньки?

– Хорошо. – Мраг сел на место.

– А перед финалом ты снимешь свое клеймо.

– Исключено. – На этот раз Зерг возразил почти спокойно. – На арене сражаются только рабы. Клеймо – знак раба.

– Где это записано? – Мишка не собирался отступать.

– Что?

– Что гладиатор должен быть рабом.

– А кто еще по собственной воле пойдет умирать за чужого дядю?

– Я пойду! И не умирать, а побеждать. И не за чужого дядю, а за билет домой. Кстати, свое клеймо ты можешь убрать непосредственно перед схваткой. Я не возражаю.