— Ты что, передумал?
Он опустил голову и помотал ею. Тревога перекочевала из глаз к уголкам губ.
— Прости, детка, но я с трудом принимаю решения, особенно когда работаю. Но у нас все остается в силе.
— Прекрасно. Теперь я счастлива.
— Тебя нетрудно осчастливить.
— Ты же знаешь, как я тебя люблю.
Она забыла о моем присутствии, а может, это ее не волновало. Она попыталась его обнять. Он легонько оттолкнул ее ребрами ладоней, расставив пальцы, чтобы не запачкать ее свитер.
— Не прикасайся ко мне, я грязный.
— Я обожаю, когда ты грязный.
— Дурочка, — сказал он не особенно ласково.
— Люблю тебя, обожаю, готова съесть тебя грязным!
Она наклонилась — на каблуках она была выше, чем он, — и поцеловала его в губы. Он стоял и не сопротивлялся ее порыву, расставив руки. Он смотрел в сторону, на меня. Его глаза были широко раскрыты и печальны.
Глава 4
Когда наконец она его отпустила, он сказал:
— Вам что-то еще угодно, мистер Арчер?
— Вас зовут Арчер? — удивленно спросила Гарриет.
Я подтвердил, что это так. Она повернулась ко мне спиной, очень напомнив отца. Дэмис вернулся к мольберту.
Я двинулся из дома, размышляя, не свалял ли дурака, заявившись к ним собственной персоной. Через минуту я понял, что нет. Не успев дойти до машины, я услышал цокот каблучков по деревянному настилу. Меня нагнала Гарриет.
— Приехали шпионить, да?
Она схватила меня за руку и стала трясти. Ее сумочка из змеиной кожи упала на землю между нами. Я поднял ее и миролюбивым жестом протянул хозяйке. Она резко выхватила ее у меня из рук.
— Что вы хотите? Что я вам сделала?
— Ничего, мисс Блекуэлл. И я вам ничего не сделаю плохого.
— Ложь! Отец нанял вас, чтобы вы отвадили Берка. Я слышала вчера, как он говорил с вами по телефону.
— В вашем доме принято следить друг за другом?
— Я имею право защищаться, когда против меня интригуют.