Ему стало грустно. Про разбойников столько всякого интересного люди рассказывали, а тут… недоразумение какое — то. Что, вот это и есть разбойники? Те самые прославленные лихие люди?

Карвен медленно снял котомку с плеча и опустил ее на землю, а потом нагнулся, развязывая.

— Дать тебе? — спросил он с какой — то непонятной интонацией, справляясь с хитроумным крестьянским узлом. — Дать тебе то, что у меня в котомке?

Когда он разогнулся, в руках его оказался здоровенный кузнечный молот.

— Так куда тебе дать? — нехорошо улыбнулся юноша, в упор глядя на разбойничьего главаря. — В глаз, по лбу или просто по голове?!

Даже если бы у каждого разбойника внезапно выросло по десятку ног, они все равно не сумели бы убежать еще быстрее.

Карвен сунул отцовский молот в котомку и пошел дальше.

***

— Ну, и как твой урок фехтования? — спросила королева Кериан у своего сына.

— Отлично, — ответил принц Ильтар. — Наставник сказал, что в случае какого — нибудь турнира или поединка он за меня спокоен. Сказал, что пора переходить к более серьезным вещам.

— Он имел в виду нападения и покушения?

— Примерно. Заговорщики не придерживаются законов чести и правил ведения боя, среди них полно невменяемых типов, готовых на все ради поставленной цели, а кроме того, они иногда нанимают профессионалов высокого уровня. Это совсем не то же самое, что поединок с принцем какой — нибудь соседней державы.

— Верно, — вздохнула королева. — Кстати, я приготовила для тебя подарок.

И королева подала сыну широкую и плоскую, тяжелую даже на вид шкатулку красного дерева.

У того аж глаза на лоб полезли от удивления.

— «Этре»… — потрясенно выдохнул он. — Мне?! «Этре», заговоренный самим Орегаром! Мама… это… я даже не знаю, что сказать… ведь это же… это же сумасшедшие деньги… даже для нас — сумасшедшие…