— Ему нужна помощь, — крикнула она. — Нам надо вытащить его отсюда.

Черлзстейн раскачивающейся походкой направился к ней через мусор и обломки, в проходе за ним появились несколько зевак.

Губы Теренса продолжали шевелиться. Только бы они остановились. Боже, что она с ним сделала?!

Круглое, похожее на луну, лицо Черлзстейна возникло перед ней. Он помог ей поднять Теренса, и они выволокли его в коридор.

— Его надо доставить к врачу, — крикнула Анна. Кровь из порезов на лице Теренса сейчас текла по его двигающимся губам.

— Пойдем к соседям, — сказал Черлзстейн, волоча Теренса и Анну по коридору. Его грузное тело раскачивалось на ходу из стороны в сторону.

Сначала Анна не поняла, куда они направляются. Потом вспомнила. Женевская городская больница.

Когда они покинули здание IPX и вой сирены остался позади, слова Теренса пробивались сквозь шум движения и повторялись, повторялись.

Вместе с Черлзстейном она перетащила Теренса через улицу прямо в приемное отделение, где они объяснили, что он пострадал от взрыва. Телепата увезли в занавешенную больничную палату.

— Что случилось? — спросил Черлзстейн.

Она поняла, что ей надо присесть. В широкой части коридора оказалась пара стульев.

— Что этот телепат делал в лаборатории? — Черлзстейн уселся рядом, прижавшись к ней. Его лицо было более беспокойным, чем обычно.

— Мышь уничтожена, да? Я видел бокс.

— Не сейчас, Черлзстейн, ладно? — Анна дотронулась до шеи, с удивлением увидев кровь на своей руке. Ее рука дрожала. Она хотела остановить дрожь, но не могла. Анна положила руки на колени. Но и там они продолжали трястись.

Этим утром она смогла прервать контакт с мышью лишь потому, что не была телепатом, потому что контакт был слабым. Сильный телепатический контакт каким–то образом зациклил Теренса на машине, поймал его в своего рода ловушку, в замкнутую петлю обратной связи, из которой он не смог выбраться.