- Поехали! - говорит Ангола. Амбал опускает пулемет на колени.

Первая мишень. Снимаю от бедра. И Хорек также. Вторая, третья. Одиночными, не целясь. Молоток он. Классно лупит. Его выстрел все время звучит на долю секунды раньше моего, хотя мишени выскакивают из-за камней одновременно. Может быть он просто знает, откуда появится следующая?

- Оружие на спину, сто отжиманий! - Мои мысли обрывает голос Анголы.

Главное - не потерять темп, не сбить дыхание. Думать можно о чем угодно. Главное - ритм, и воздух. Иначе будут дрожать руки.

- На огневую!

Хорек опять лупит от бедра и ни одного промаха. Понемногу вхожу в азарт, стараюсь не отставать. Мишени появляются все быстрее и быстрее.

- Оружие на спину! Двести приседаний, в максимальном темпе!

Главное - не сбить дыхание... Думать можно о чем угодно... Этим вы меня, парни не возьмете.

- На огневую! Смена оружия! - Теперь в руках АК, автомат Калашникова, только не совсем обычный, армейский, а "сто третий". Хорошее оружие БАК, пробивает с пятисот метров стальной лист в два миллиметра, с четырехсот поражает тело в бронежилете второго-третьего класса. Но "калашника" я люблю больше. Это мое оружие, и только мужик может меня понять. Я готов разбирать его, проверять, снова собирать, спать с ним. Возможно, это сумасшествие, но это моя любовь. А сто третий "калаш", модификация семьдесят четвертого под патрон семь-шестьдесят два - это вообще лучшая вещь. Жаль, что здесь он не применяется и придется сменить его на "Грозу", ОЦ-14, тот же семьдесят четвертый "калаш", но с интегрированным подствольным гранатометом. Впрочем, пока в руках "сто третий" - поиграемся, парни. Вспомним детство и морскую пехоту.