Самка кивнула и скрылась за деревьями.

             Я приблизился к телу, наклонился, снял с мертвеца шлем. Черные волосы, выпученные глаза, перекошенный, облепленный розовой пеной, рот. В общем, человек без Теплой Птицы.

             Рюкзак. Зубами и слегка дрожащими пальцами, я развязал веревку. Ого! Похоже, жратва. А это, видимо, патроны. Отлично. Отставил рюкзак в сторону.

            Не обращая внимания на пылающий ненавистью взгляд мертвеца, я стащил с него ботинки. Куртка, шлем – издали стрелки примут за своего и не станут стрелять, а игроки разбегутся.

 Вернулась рыжая, быстро управилась. Прислонилась к дереву, выставив вперед ногу в толстом ботинке стрелка. Кроме ботинок, она прихватила автомат, рюкзак, куртку и шлем. Молодец.

Кленовый лист, кружась, опустился на глаза мертвеца.

            Медленно двинулись в сторону железнодорожных путей через заросли терна.

-Эй! – окликнула рыжая.

            Я обернулся.

-Скажи, как тебя зовут?

-Что?

-Как тебя зовут?

-Нет у меня имени.

            Эта самка чересчур любопытна. Имена… Зачем в Джунглях имена? Я уже и не помню, когда меня называли по имени… Что-то смутное, настолько далекое, что не верится, что это было.

            И вдруг – всполох; да, было, раннее утро на светлой террасе, полноватая женщина с завитыми волосами разливает в чашки чай, светлоголовый мальчик, едва удерживая  большую чашку в пухлых ручонках, протягивает ее матери…

 - Как знаешь, - сказала рыжая.- Но, даже если тебе не интересно, мое имя – Марина.

            Марина! Полноватую женщину тоже звали Мариной.

- Ну, я - Андрей.

-Здравствуй, Андрей, – Марина почему-то засмеялась. - Ты из этих мест?

            Вот опять…

- Не знаю.

 Я и вправду не знал. Однажды проснулся в овраге, опаленный оранжевым ветром, и знал только одно – нужно выжить любой ценой. Только светлая терраса порой вспыхивала у меня в сознании, но совсем не так ярко, как мгновение назад.