Игрок, хрипя, вскарабкался на крышу и полез в сторону тепла. Ему, похоже, крепко досталось в лесу, сквозь изодранную одежду выглядывало красное. До утра едва ли доживет.

            Я медленно опустился на свое место, медленно положил палку. Несколько пар глаз неистово сверлили меня. Лязгнув зубами, как тварь, я демонстративно дотронулся до ножен.

            Но вправду, что же со мной приключилось? Искоса - на рыжую. Она смотрела на меня, улыбаясь. Крупные мокрые зубы блестели под луной. Как жаль, что я ее не сбросил!

            Поезд ревел, разрывая ночь в клочья. Полян больше не попадалось, вернее, они попадались, но пустые. Люди, и те, кто считал себя людьми, укрылись, где смогли. Молятся теперь, чтобы пережить эту ночь. Едва ли молитвы им помогут. Единственный союзник в Джунглях – закон выживания. Каждый сам за себя… За последние сутки я нарушил его несколько раз.

            Рыжая спала, уронив голову на плечо. Ну, какой кретин станет спать на крыше Последнего Поезда? Хуже только уснуть в Джунглях…

            Неужели она надеется, что ее пощадят и не спихнут с Поезда? А, может быть, она рассчитывает на меня? Что я буду караулить? О, дьявол!

            Какое странное лицо у этой самки… Бледное и чистое, не обветренное, не изрезанное шрамами, не обожженное дождем.  Она не похожа на игрока, вернее, игроки совсем не похожи на нее…

            Рыжая повела плечом и засопела. Я отвернулся. Не хватало еще, чтобы заметила, что я смотрю на нее.… В Джунглях это не принято.

            Но самка не проснулась, а вот у печки началось движение. Длинная тень шмыгнула к спящей. Ага, заметили.

             - Не трожь,- бросил я.

            Тень вздрогнула. Я достал заточку – луна блеснула на кончике лезвия.

            -Ты чего, подлюга? – глухой, словно из-под земли донесшийся голос.