- Да какая от них опасность, что вы...

- Вы уж мне поверьте, я знаю, что говорю.

- Можно, конечно... В конце концов, мы ничего не теряем.

- Вот именно.

- Прозит!

- Прозит!

- Потомки нам не простят, если мы сейчас не воспользуемся ситуацией и не заложим основы идеального общества.

- И будут правы, если не простят. Во имя будущего!

- Во имя!

Первое и единственное покушение на Полковника было совершено утром следующего дня: подросток, сын одного из расстрелянных, метнул в Полковника нож. Полковник получил не опасную, но болезненную рану правой грудной мышцы. Мальчика схватили, и Клерк куда-то увел его. Никто не знает, что с ним стало.

- С Принцессой творится что-то страшное, - говорил Пастор, расхаживая по мастерской. - От этой истории с ее согласием воняет самым неприкрытым шантажом, но я ума не приложу, на чем ее держат. Главное, сама она молчит. Хоть бы намек какой... Или задумала она что-то? Она ведь отчаянная девица, от нее всего можно ожидать. Понимаете, страха я в ней не чувствую. Наоборот, решимость какая-то. Но ведь наломает дров девчонка, а то и хуже... Давайте вместе подумаем, что делать будем?

- У нас нет материала для думанья, - сказал художник. - Надо попытаться разузнать подоплеку этого дела.

- Пожалуй, да, - сказала Физик. - Попробую-ка я с ней поговорить как женщина с женщиной. А вы что думаете по этому поводу, Мастер?

- Не знаю, - сказал Мастер. - Меня это как-то выбило из колеи... Видимо, это действительно шантаж, но действовать вслепую нельзя.

- От вас я ждал более свежей мысли, - сказал Пастор.

- Не могу отвечать за ваши несбывшиеся ожидания, - неожиданно резко сказал Мастер.

- Не можете - не надо, - сказал Пастор. - Тем более что этого я от вас и не требую. Просто теперь нам действительно придется думать и действовать быстро и безошибочно. Время собирать камни прошло, наступает время бросать камни...