– Здравствуйте, – ответил Двинский.

– Теперь приготовьтесь, – сказал голос. – Скоро старт. Вы не боитесь одиночества?

– Нет.

– Правильно. Есть вещи, которые сначала надо пережить. Ну ладно. Две недели я буду для вас всем – и пилотом и собеседником. Еще буду о вас заботиться. Вместо мамы. Или девушки. У вас есть девушка, ведь правда?

– Невеста.

– Видите, Володя, я умею угадывать. Вы разрешите называть вас так? Вам тридцать, я немного старше. Но мы почти ровесники. Как вам нравится предложение?

– Нормально, – сказал Двинский. – А в каком смысле мы ровесники?

– Это долгая история, – бесцветно сказал компьютер, – но впереди у нас две недели. Вашей невесты здесь нет, и позаботиться о вас некому. Кроме меня. Поэтому застегните ремни. Мы отлетаем. Можете курить, хотя это запрещено. Мне дым не мешает. Если возникнет пожар, мы с вами его потушим.

– Не курю.

– Вот и чудесно, – произнес компьютер. – Дым мне не вреден, но он плохо пахнет. И тушить пожары мало приятного.

– Действительно радость небольшая.

– Вы умный, Володя. Все понимаете. Ну ладно. Вы уже пристегнулись? Прекрасно. Сейчас отлетаем.

Перегрузки были небольшие и не доставляли ему неудобств. В этом прелесть старта с орбиты. Перегрузки слабые, но длительные. При взлете с Земли все наоборот.

Легкий толчок сообщил, что разгонный блок отделился и, сменив траекторию, идет на приемную базу.

– Ускоритель отошел. Приготовьтесь к невесомости.

– Готов, – сказал Двинский.

– Хорошо. Вы как ее переносите?

– Неплохо.