Пол вдруг поднялся стоймя, превращаясь в стену, в облупленную потрескавшуюся стену нежилого дома.

Термит не мог кричать.

Белый шум усилился, закладывая уши. Стена придвинулась ближе. На ней проявилось грязно-красное влажное пятно.

Щелчок, звон.

Где-то за кругом зрения пуля прошила стеклянную крышу. Оранжерея осыпалась сверкающей крошкой. Мелкие осколки сделали визуализацию зернистой, как на экране старого телевизора.

Термит открыл глаза.

- Импульс терминирован за минуту до рассчетного времени, - безжизненным металлическим голосом сообщил компьютер.

Перед глазами плавал белый потолок в синих отсветах от мониторов. На периферии троились озабоченные лица лаборанта и девушки.

"Тяжелый выход. Отлично. Значит, есть время подумать откуда взялся этот чертов пистолет. Идиотский поворот сюжета или мое подсознание вмешалось, черт бы его побрал?"

Термит перегнулся через бортик "гроба", и его вырвало желчью на чистый кафельный пол лаборатории. Потом он позволил уложить себя назад и присоединить еще один шланг к вене - на этот раз на правой руке.

"Если пистолет возник из-за случившегося этой ночью - о нем нельзя говорить, но если такой поворот сюжета был запрограммирован - обязательно нужно указать в отчете. Дьявол! Так, спокойно".

Лаборант звал его, но Термит не спешил отзываться.

- Андрей? Очнись, Андрей! Ты же видишь меня, видишь? Люсь, вколи ему антиседатив.

"Думай, быстрее. Могла ли эта сучья романтичная сказка закончиться убийством? Могла. Если пистолет был в программе... значит, - да!!! - поэтому могла проявиться рассинхронизация звука. Мои мозги создать это сами не могли... реминисценция вчерашнего была бы получше в техническом плане. И, конечно, все не могло начаться со звука выстрелов, потому что выстрелов-то ночью не было".

- Андрей?!

- Да-а, - лениво протянул Термит.

- Уже пришел в себя?