Последние слова хозяйка произнесла задыхаясь. Глаза ее остановились, глядя в одну точку.

— Опять крики, опять топтание из угла в угол, взад-вперед. Будто в комнате наверху качается огромный маятник. Или к крысам подошло подкрепление, чтобы совместными усилиями штурмовать стену. Мистер Колдуэлл упал на пол. Я слышала, как он сопротивлялся, как царапал все подряд, пытаясь найти себе спасение. И это было вот здесь, надо мной… Понимаете? Он пытался пробиться сквозь стену, орудовал ногтями, словно собака, разрывающая нору суслика. И при этом громко рыдал! А затем…

Хозяйка вдруг замолчала. Ее худое тело все напряглось.

— До меня долетели последние звуки. Было слышно, как на мистера Колдуэлла раз за разом обрушиваются тяжелые удары. Один за другим! Снова и снова!

Женщина расслабилась, откинувшись на подушку. На лбу у нее выступили капельки пота. Затем она вздохнула и продолжала:

— Сразу же после этого гость молча спустился вниз по лестнице и вышел на улицу. Я пыталась кричать, звать на помощь. Но только в шесть утра, когда вернулась домой мисс Тарви, удалось вызвать полицию.

Я слушал хозяйку сидя. Прайори нахмурился и вел себя довольно нервно.

— Проклятье! — пробормотал он. — Вы до самого конца слышали голос мистера Колдуэлла?

Хозяйка кивнула головой.

— Выходит, убийство произошло, когда Колдуэлл мог передвигаться. Так что у убийцы не было времени что-либо искать, — сделал вывод лейтенант.

— Точно, сэр. Он сразу же спустился вниз и ушел.

Я закурил сигарету и некоторое время смотрел на догорающую спичку.

— Должно быть, убийца получил от этого колоссальное удовлетворение. Колоссальное, — подчеркнул я.

— Все продолжалось с полчаса, — вставила хозяйка. — Тридцать минут они ходили и бегали наверху как сумасшедшие.

— Тридцать минут он забавлялся со своей жертвой, — сказал я.