А еще там имело место разнообразное колдовство и не менее разнообразная магия, каковой был скорее избыток, нежели недостаток. И сейчас мама чинно села за стол, достала ручку и нашла недописанную страницу. Эпизод был весьма накручен, и надо было срочно помогать героине из него выпутаться, да так, чтобы оставалось впечатление, что это она сама, без вмешательства автора. Ребенок зашевелился, повернулся на другой бок и сказал ясно и четко, как никогда до сих пор не говорил: - Мама! Ты пожалуйста не пугайся. Сейчас не я сам говорю, а за меня говорят. - Что? Твой ребенок сейчас спит, и им для разговора пользуюсь я. - Кто? - молодая мама была настолько ошарашена, что восприняла всю ситуацию внешне спокойно. Тем более, что в глубине души она еще не верила в реальность происходящего. "Я же иногда вижу сны, и при этом знаю что это сны. Наверное и сейчас то же самое" - Ты рассказ пишешь про всякое? Вот я один из них и есть. - Кого? - Ну например один из духов светлого края, это твое название. Кстати почти правильное. - А... - до молодой мамы потихоньку начало доходить, что это не сон, и не глюк от чрезмерно выпитого чая. И первая мысль, которая пришла к ней по этому поводу была очень простая. Дрогнувшим голосом она спросила: - А ему это не вредно? - Нет, что ты. Я сейчас управляю только центром речи в мозгу, а память не трогаю - пока он спит это возможно. Ему сейчас снится... - "дух светлого края" на секунду замолк, как бы отвернувшись и бросив взгляд назад - так вот, ему сейчас снится, что он рассказывает Мише сказку про Колобка. И то, что я говорю, он считает этой сказкой. - А... - что на это ответить, молодая мама не нашла. - Так вот, о твоем рассказе. - Это не рассказ... - Какая разница! Я могу тебя порадовать: ты очень хорошо пишешь. Не в смысле литературы, а в смысле правильности. То есть настолько хорошо, что даже вот я придти смог. - Я тебя вызвала?! - Нет, но ты дала возможность. - А зачем ты пришел? Видимо, тот, кто зачем-то пришел, и начал отвечать на вопрос, но в этот момент ребенок засунул себе палец в рот, и слова утонули в довольном причмокивании.