Как только веревка была прикреплена к его снаряжению, Симмонс лег на живот и начал быстро двигаться вперед по снегу к краю расщелины.

Достигнув цели, он перегнулся через край и посмотрел вниз.

— О, черт …

В десяти метрах позади него Бак Райли говорил в микрофон на шлеме:

— В чем дело, Рикошет?

— Они здесь, сэр, — голос Симмонса звучал почти покорно. — Обычный корабль. Сбоку написано что-то на французском. Под ним повсюду рассыпаны осколки льда. Похоже, они пытались пройти по снежному мосту, который не выдержал.

Он повернулся в сторону Райли с мрачным лицом, его голос по рации звучал металлически.

— И еще, сэр, их изрядно потрепало.

Вездеход находился на расстоянии сорока футов ниже поверхности земли, его круглый нос был вмят внутрь каким-то воздействием сверху, все окна были разбиты или треснули, образовав стеклянные паутины неправильной формы. Разбитая машина была покрыта тонким слоем снега, и было ясно, что в скором времени она исчезнет с лица земли.

Двое пассажиров вездехода катапультировались прямо через переднее стекло. Оба разбились о передний край расщелины: шеи немыслимо изогнуты назад, тела застыли в замерзшей крови.

Симмонс пристально смотрел на страшное зрелище.

Внутри вездехода были и другие тела. Он мог различить их очертания и брызги крови, звездочками застывшие на внутренней поверхности разбитых окон.

— Рикошет! — по внутренней связи раздался голос Райли. — Там есть живые!

— Непохоже, сэр, — ответил Рикошет.

— Используйте инфракрасный искатель, — приказал Райли.

— У нас есть двадцать минут, прежде чем мы уедем отсюда, и мне бы не хотелось уехать и потом узнать, что там были живые.