- Я не понимаю о чем вы, Боря. Нарисовать дурацкие графики каждый может. Из-за вас погибла Лена и Марина Аграфеновна, и... что с Верой?

- С Верой все в порядке, сейчас она в казино, играет по крупному, предполагая, что рассчитываться за нее будешь ты. Лена, Лена, дай-ка вспомнить, про кого ты. Ага, можешь вычеркнуть ее из списка потерь живой силы, она - так сказать, конструкт. Сплошные тонкостенные материалы. Процессор и то в джинсах. Поэтому я ее даже не облапил ни разу. А Марину Аграфеновну мы вернем к активной трудовой жизни, если попросишь. Но лично мне она не понравилась. Кстати, ты про Стасика забыл спросить. Ему в кайф... И вообще выбери из моего архива какую-нибудь аватару, на моем экране ты такой скучный и серый.

Андрей с тоской потянул воздух. Голова просто опухла. Такого отупения он еще никогда не знал. Из форточки за все утро почему-то не влетело ни одного рекламного пузыря. Пирожок, не доеденный вчера Борисом, шепнул: "Так ты съешь меня наконец? Или, может, я - тебя?". В еду встроен простой микрокомпьютер на белках и сахарах, но прозвучало это зловеще.

- Вы же математик, а не брокер, - в растерянности протянул Андрей.

- Да, математик, я умею считать бабки. Нанотехнологии только тогда шагнут в каждый дом и под каждый куст, когда они будут приносить деньги в каждом доме и под каждым кустом.

- Я не верю в ваши миллиарды. В моем доме нанотехнологии не принесут никаких денег.

- Да? Выйди за дверь. Или еще лучше отдерни занавески и выгляни в окно. Только осторожно.

Сцена 7.

У Андрея так захватило дух, что он едва не потерял сознание. Ниже ничего не было. Только гряда облаков. Выше темно-синее небо. По бокам... Фрагмент дома был вделан в скалу, которая больше всего походила на гигантский алмаз. Но этот алмаз был легче воздуха, наверное "скала" была склеена из диамантоидной пленки и накачана гелием.